Ватные ёлочные игрушки в СССР: как их делали и почему стекло стало популярнее

Ватные ёлочные игрушки в СССР делали вручную и на фабриках: для фигурок использовали проволочный каркас, для повторяемых плодов — намотку и прессование. Вату закрепляли клеящим составом, сушили и окрашивали; лица персонажей нередко изготавливали отдельно. Во второй половине XX века выпуск стеклянных украшений вырос, и ватные фигурки постепенно уступили им место на ветвях. Подставочных Дедов Морозов при этом продолжали ставить под ёлку: подвесные и подставочные предметы выполняли разные задачи.

Когда ватная игрушка появилась на ёлке?

Ёлочные игрушки из ваты существовали в России ещё до советского Нового года. Музей Москвы относит упоминания таких фигурок в мемуарах и детских книгах к середине XIX века и связывает технологию пропитанного клеем волокна с немецкой традицией рождественской ёлки. В 1930-е годы советский Новый год дал ватной игрушке новые сюжеты и артельный выпуск; сам способ работы с материалом существовал раньше.

В дореволюционном доме вату можно было превратить в фигурку собственными силами. Она не требовала стеклодувной печи и позволяла сделать объёмный силуэт без обработки горячего сырья. Но рядом с ней на ёлке уже находились бумага, картон, сладости и стекло. По материалам Музея Зеленограда, к середине XIX века в России украшали деревья предметами разных типов; это важная поправка к рассказу, будто сначала все игрушки были ватными, а затем их сменили стеклянные.

Новый этап начался после решения вновь устраивать детские ёлки в конце 1935 года. Музей Москвы пишет о возникновении артелей по изготовлению украшений во второй половине десятилетия. Сборник Наркомпроса и Комитета по игрушке, изданный в 1937 году, показывает, насколько серьёзно воспринимали оформление праздника: в его оглавлении есть отдельная статья А. Русакова «Елочные игрушки из ваты». Каталог Президентской библиотеки подтверждает состав и выходные данные сборника; само наличие статьи свидетельствует о месте техники в тогдашнем методическом разговоре, но не сообщает объёма выпуска.

По данным историка Аллы Сальниковой, стеклянные украшения в СССР вновь начали производить с 1936 года. Следовательно, для конца 1930-х вернее говорить о параллельном развитии материалов: артели и мастера искали формы и для ваты, и для стекла. Позднее вырос выпуск стеклянных украшений, и состав праздничного набора постепенно изменился.

Что известно о производстве игрушек в конце 1930-х?

После возобновления детской новогодней ёлки за работу взялись артели и фабрики, но ватное направление занимало только часть отрасли. Историк Наталья Полонникова, сопоставив прейскуранты и коллекции, насчитала в Москве и Московской области за 1938 год 61 предприятие, выпускавшее ёлочные украшения; 12 из них работали с ватой. Число описывает два региона и конкретный год. Из него нельзя вывести долю ватных игрушек в продажах всей страны.

У этого производства были разные масштабы. Среди названных Полонниковой — артели «Всё для ребёнка», «Ёлочная игрушка» и имени Шаумяна, а также фабрика Куйбышевского райпромтреста и мастерские при Краснопресненском парке культуры. Общий материал не означал общего художественного почерка. Артель могла делать фигурных персонажей, а предприятие с оборудованием — наращивать выпуск плодов и других повторяемых форм.

Библиотечный каталог брошюры Д. В. Криволапова «Производство игрушек из ваты» фиксирует издание 1937 года объёмом 47 страниц. Её оглавление разделяет ручной и механический способы, отдельно называет окраску волокна, изготовление овощей, ягод, животных и человеческих фигур, работу станка-веретена и отделку готового изделия. Это свидетельство о профессиональной систематизации ремесла: технологию описывали для производственников, а не только как домашнюю забаву.

История до 1930-х менее ясна, чем иногда кажется. Музей Москвы сообщает об упоминаниях ватных украшений с середины XIX века, однако Полонникова не находит надёжного ряда дореволюционных российских изготовителей: в торговых каталогах встречаются и импортные изделия. Следовательно, присутствие такого предмета на российской ёлке и его изготовление в России — разные утверждения. Для конкретной старой вещи понадобились бы сведения о покупке, маркировка или архив мастерской.

Как из ваты получалась объёмная фигурка?

Основой ручной фигурки служил проволочный каркас. Мастер наматывал на него слои ваты, придавал им форму, наносил крахмальный клейстер, а после высыхания расписывал поверхность и добавлял детали. Такую последовательность описывает Государственный исторический музей Южного Урала по предметам своего собрания. Клейстер делал рыхлый материал более жёстким и создавал поверхность, на которой держалась краска.

У персонажа важна была не только общая поза. Музей Южного Урала отмечает лица из папье-маше, прикреплённые к ватным фигуркам, и ручную прорисовку черт. Корпус и маска могли различаться по составу. Это помогает понять, почему на сохранившейся игрушке фактура одежды выглядит мягкой, а лицо — гладким и более подробным: его выполняли отдельно.

Для крупного Деда Мороза техника усложнялась. Музей города Железногорска описывает фигуру Ярославской фабрики № 3 1960-х годов высотой 30 сантиметров: в её составе — проволока, текстиль и деревянная подставка. У подобных изделий лицо формовали из папье-маше, воска или мастики, а одежду делали из ваты либо бумаги. После окраски поверхность покрывали клейстером; для мерцания могли добавлять декоративный «стеклянный снег». Значит, выражение «игрушка из ваты» обозначает основной приём, а не обязательное отсутствие других материалов.

Какие материалы и операции скрывались за словом «ватная»?

Состав игрушки зависел от того, что мастер хотел изобразить. Для человечка требовался каркас и часто отдельная маска; для плода — объём, цвет и крепление; для подставочной фигуры — основание, выдерживающее её вес. Каталог Криволапова перечисляет не только вату, но и клеящие вещества, красители, подсобные, отделочные и огнестойкие материалы. Поэтому исторический предмет следует читать по его слоям, а не по одному общему названию.

Исследование Полонниковой описывает подготовку цветной ваты до лепки. Волокно красили, сушили, при необходимости вновь прочёсывали, чтобы вернуть ему рыхлость; затем наращивали слои и закрепляли форму клеящим составом. Подготовка цвета и роспись готовой поверхности решали разные задачи: первая давала цвет самой фактуре, вторая уточняла черты лица или мелкие детали. В каталоге брошюры Криволапова 1937 года эти операции также указаны отдельно: «Окраска ваты» и «Раскраска и отделка ватных украшений».

Крахмальный клейстер был распространённым, но не единственным связующим веществом. В исследовании И. А. Неверовой по технологической литературе 1930-х упомянуты также другие клеи, в том числе вишнёвый клей, желатин и гуммиарабик. Исторические рецептуры разнообразнее распространённого краткого описания «вата и клейстер». Поэтому нельзя утверждать, будто все советские изделия делались по одному рецепту или что современная мастерская буквально повторяет состав каждого старого экспоната.

Для праздничной фигурки важен был и внешний свет. Музей города Лесного описывает тонкую декоративную посыпку из стекла, которой придавали поверхности мерцание. На ватном Деде Морозе это не превращало корпус в стеклянную игрушку: основой оставалась вата, а блестящий слой работал как отделка. Неверова обращает внимание, что некоторые старые отделочные вещества в современной работе уже не применяют по соображениям безопасности. Описание исторической техники поэтому не следует понимать как практическую инструкцию по её повторению.

Выбор клея тоже зависел от требуемого вида поверхности. Полонникова, разбирая пособие Криволапова 1937 года, указывает, что автор предпочитал прозрачные связующие: они не загрязняли белую или заранее окрашенную вату. В том же описании перед лепкой рекомендовалось пропитывать волокно огнестойким составом. Это важные детали производства, но не универсальный рецепт: рекомендация в руководстве не доказывает, что каждое сохранившееся изделие прошло такую обработку. Состав конкретной вещи устанавливают по её музейному описанию или исследованию материала.

Все ли советские ватные игрушки делались по одному принципу?

Нет. Ранние фигурки часто создавали вручную, но впоследствии фабрики использовали механизированную намотку и прессовку ваты. Музей Южного Урала показывает это различие на собственном собрании: рядом с авторски проработанными персонажами в нём есть фабричные грибочки, огурцы, яблоки, груши и лимоны. Машинная операция не устраняла роспись и отделку во всех случаях; она позволяла повторять основу формы.

Разница заметна и в характере предметов. Ватная фигурка на проволоке удобна для позы человека или животного: можно согнуть руки, повернуть корпус, добавить санки либо качели. Прессованная форма подходит для повторяемого объёма плода или гриба. Это редакционный вывод из описанных музеем способов и предметов, а не универсальное правило для каждой фабрики. Точное распределение ручного и механизированного труда в масштабах всего СССР по этим коллекциям установить нельзя.

Иллюстрации к книге Сальниковой позволяют сопоставить предметы без догадки по общему названию материала. В подписи к коллекции Л. Блатт гриб 1960-х назван прессованной ватой с гуашевой росписью и картоном, а жираф 1950-х — ватой с росписью и слюдой. Оба предмета относятся к одной материальной группе, но их конструкция и отделка различаются. Поэтому год, указанный музейным или коллекционным описанием, нужен вместе с техникой: возраст игрушки сам по себе не сообщает, была ли она слеплена, намотана или спрессована.

Каких героев выбирали для ватных украшений?

Ватные фигурки изображали детей, сказочных персонажей, животных и узнаваемые образы своего времени. Музей Москвы перечисляет среди сюжетов советских ёлочных игрушек полярников, лётчиков, танкистов, космонавтов, героев книг и фильмов, овощи и фрукты. Такой перечень объединяет разные годы; отдельный мотив нельзя автоматически приписывать любой фабрике или точно датировать по одному лишь образу.

Коллекция Музея Южного Урала даёт более предметный взгляд на ватные работы 1930–1960-х годов. Среди описанных экспонатов — мальчики на санях, девочка на качелях, клоун с гитарой, две Красные Шапочки с разными деталями костюма, жираф и зебра. Такие различия показывают, как художник работал с маленьким повествованием: поза и аксессуар сообщали о герое не меньше, чем лицо. Наличие двух вариантов Красной Шапочки в одной коллекции также напоминает, что общая тема не означала единого неизменного образца.

Новый сюжет на ёлке не всегда сразу превращался в ватную серию. Музей Зеленограда связывает игрушки «Часы» с фильмом «Карнавальная ночь» 1956 года, а ракеты и космонавтов — с 1960-ми; страница говорит об индустрии украшений в целом. Для истории именно ваты надёжнее опираться на материал конкретного экспоната, а не на привычное перечисление «советских сюжетов» без указания технологии.

Кто придумывал сюжеты и как образец попадал в производство?

Фигурки сначала задумывали художники, скульпторы и мастера артелей, а затем проходили через производственные решения. Музей города Лесного называет среди авторов моделей Т. Гидиримскую, В. Громчевскую и О. Траубер; он же упоминает конкурсы новых образцов на крупных предприятиях. Это объясняет, почему у похожего персонажа могли появляться разные позы и костюмы: замысел художника встречался с возможностями мастерской.

Особенно нагляден документ 1949 года, который приводит историк Наталья Полонникова: альбом образцов Научно-исследовательского института игрушки. На его листах указаны ватные фигуры «Снегурочка», «Сказка о рыбаке и рыбке» и «Сказка о золотом петушке» с именем Ф. И. Овешковой. Для исследователя это более надёжная опора, чем предположение по сходству с литературным сюжетом: альбом связывает конкретный проект, автора и учреждение. Существование образца ещё не доказывает масштаба выпуска каждой модели.

В том же исследовании описаны московская «Парашютистка» артели «Ёлочная игрушка» 1939–1941 годов с именем художницы Сапожниковой и композиция «Дрейфующая станция „Северный полюс“» художника Л. В. Старовойт. Материалы последней включают вату, проволоку, нить и ткань. Название сообщает о сюжете, а перечень компонентов — о способе собрать сложную миниатюру. Не каждая игрушка на тему Арктики была сделана именно из ваты; здесь состав указан для конкретных предметов.

Исследовательница Дарья Радченко показывает, что советский ассортимент сочетал птиц, зверей и сказочных героев с сюжетами авиации, Арктики и техники. Идейная тема не заполняла ёлку целиком. Более того, путь образца к покупателю проходил через художественные и технологические советы, руководство производства, оптовые базы и магазин; реакция на событие могла запаздывать. Поэтому дата фильма или полёта сама по себе не является датой выпуска игрушки, даже когда связь сюжета с событием очевидна.

Почему Дед Мороз стоял под ёлкой, а другие фигурки висели на ветвях?

Крупным ватным персонажам нужна была устойчивая основа, поэтому Деда Мороза и Снегурочку часто ставили под деревом. Музей Южного Урала описывает широкое плоское дно или деревянную подставку; Музей Москвы относит разработку образцов подставочных фигур к периоду возобновления новогоднего праздника во второй половине 1930-х. Это другое место в праздничной композиции и другая задача конструкции, хотя материал и приёмы отделки оставались близкими небольшим подвескам.

В Железногорской коллекции есть фигурки, изготовленные разными предприятиями в 1950–1980-е годы, в том числе Ярославской фабрикой № 3, Ленинградской фабрикой игрушек № 2 и Воронежской фабрикой игрушек. Продолжительный выпуск таких предметов не позволяет говорить, что стекло вытеснило всю вату к какой-то одной дате. На ветвях состав украшений менялся, а крупная фигура под деревом сохраняла собственную роль.

Что происходило с ватной игрушкой в военные и послевоенные годы?

В годы войны ёлки продолжали украшать самодельными и покупными игрушками; в челябинских магазинах к декабрю 1944 года качество части ватных фигурок вызывало жалобы. Научный сотрудник Музея Южного Урала Владислав Демаков приводит дневник челябинца Бориса Катаева: перед встречей 1944 года тот мастерил дома праздничные украшения и дополнил ими покупные. Дневник подтверждает одну семейную практику, а не повсеместный способ наряжать деревья.

В газете «Челябинский рабочий» от 26 декабря 1944 года, которую разбирает музей, опубликована критика игрушек в городском универмаге: автор жаловался на плохо слепленные ватные фигурки, которые трудно было узнать как клоуна, цаплю или гриб. Газетный отзыв показывает, что доступность ваты сама по себе не гарантировала узнаваемого облика. Это свидетельство относится к конкретному магазину и моменту; переносить его оценку на все артели и десятилетия было бы ошибкой.

Музей Южного Урала сообщает, что во время войны украшения делали также из газет, картона и доступных ярких материалов. Ватные фигурки соседствовали с самодельными гирляндами. По оценке историка Натальи Полонниковой, производство украшений вновь заработало в полную силу к 1944 году. Музей Зеленограда описывает конец 1940-х — начало 1950-х как период налаживания промышленного выпуска: восстановление после военного перерыва и последующее расширение были разными этапами. Газетная критика декабря 1944 года показывает, что возвращение к работе не гарантировало ровного качества.

У Музея Южного Урала есть тщательно проработанные персонажи и фабричные плоды; Музей Зеленограда хранит домашние игрушки конца 1940-х — начала 1950-х, сделанные из расписанных лампочек. Эти предметы не дают простой картины «после войны всё стало заводским». Одни мастера искали способы ускорить повторяемую форму, другие семьи продолжали использовать то, что было под рукой.

Именно в 1940–1950-е совершенствовали обработку ваты. Полонникова описывает формование в гипсе, горячее прессование и развитие станка-веретена, а также технические условия приёмки и борьбу с браком в пособии 1950 года. Этот документ свидетельствует о требованиях к качеству уже после жалоб на плохо слепленные фигурки в Челябинске в декабре 1944 года.

Почему механизация не сделала ватную игрушку простой массовой вещью?

Машина ускоряла создание повторяемого объёма, но оставляла много ручных операций. По исследованию Полонниковой, мастер конца 1930-х за день мог изготовить в среднем семь Дедов Морозов либо шестьдесят ватных плодов. Это разные изделия и разная трудоёмкость; числа не следует превращать в универсальную норму для любой фабрики. Они объясняют, почему отрасль искала оборудование прежде всего для простых форм.

Музей города Лесного сообщает, что на ленинградской фабрике «Гигровата» станок для намотки ваты использовали уже в 1936 году. Сферическая или вытянутая форма яблока, груши и огурца лучше поддавалась такой операции, чем лицо, костюм и поза человека. В конце 1930-х начали применять и горячую штамповку, в частности для животных: две полученные половины соединяли и затем окрашивали. Это были два разных пути механизации, и оба сохраняли этапы ручной доводки.

На станке-веретене мастер наматывал пропитанную связующим вату на вращающуюся основу, ориентируясь на шаблон. После снятия изделия оставалось отверстие, которое надо было закрыть тем же волокном; затем следовали отделка и окраска. Полонникова описывает даже попытки работать с несколькими заготовками на удлинённом веретене. Машина повторяла силуэт, но не устраняла человека из процесса и не превращала любую фигурку в быстрый штампованный товар.

У прессования был другой предел: исследовательница отмечает высокие расходы электроэнергии, а у ручной лепки — затраты времени. В результате послевоенные методы не всегда давали экономию, на которую рассчитывали производители. Это объяснение опирается на её анализ технических документов; оно не означает, что вся ватная продукция повсюду была убыточной. Особенно осторожно следует говорить о больших подставочных фигурах, у которых была собственная функция под ёлкой.

Почему стекло стало заметнее в советском праздничном наборе?

Музей Москвы связывает спад популярности ватных игрушек с масштабным выпуском стеклянных украшений во второй половине XX века. Стекло постепенно заняло больше места в массовом праздничном ассортименте. В прейскурантах 1960-х, изученных историком Натальей Полонниковой, из продукции на основе ваты чаще оставались подставочные фигуры.

Стеклянное изделие тоже проходило через руки мастеров. В коллекции Музея Южного Урала описаны выдутые через трубочку игрушки, которые затем покрывали цветным лаком или серебряным составом, расписывали и снабжали креплением. Современная московская фабрика, о которой сообщал городской центр компетенций в 2024 году, применяет сходную общую последовательность: выдувание из полых трубок, внутреннее серебрение, сушка и ручная роспись. Описание предприятия 2024 года помогает понять технику стекла, но само по себе не служит документом об объёме выпуска в СССР.

Сальникова пишет о введении в 1948 году нового единого способа серебрения украшений в артелях; это изменение касалось отделки стеклянной поверхности, а не формы ватной фигуры. В 1950-е такие игрушки выпускали и за пределами столиц: исследовательница приводит пример рабочих завода в посёлке Васильево под Казанью, которые делали небольшие партии для продажи и для близких. Пример показывает географическое расширение ремесла, но не позволяет оценить объём производства страны.

Как стеклянное производство меняло ассортимент и цену труда?

В 1950–1960-е менялась организация выпуска украшений вообще, а не только материал каждой игрушки. Дарья Радченко связывает послевоенный рост спроса с постепенным укрупнением артелей и превращением мастерских в фабрики с середины 1950-х. Это расширило ассортимент, но также усилило требования к повторяемости и выполнению плана. Во второй половине 1960-х производители всё внимательнее оценивали себестоимость и скорость операций.

Радченко приводит данные о ручном труде на отдельных стекольных предприятиях 1960-х: 95 процентов на Решетниковской фабрике в 1964 году и около 80 процентов на Московском заводе стеклянных ёлочных украшений в конце десятилетия. Эти цифры относятся только к названным площадкам, а не ко всей отрасли. Они опровергают удобную схему, в которой стекло якобы сразу производили без участия человека, а вату — только вручную.

Различие возникало внутри самого стеклянного ассортимента. Простые шары и формовые изделия делали быстрее, чем игрушки свободной выдувки с припаянными деталями. К концу 1960-х сложные фигурки на прищепках требовали много росписи и сборки, а брак повышал их себестоимость; по анализу Радченко, спрос смещался к шарам, бусам и более условным подвескам. Производство могло наращивать число стеклянных предметов, одновременно упрощая их рисунок. Поэтому слово «стекло» само по себе не сообщает, сколько труда вложено в конкретный экземпляр.

Музей Южного Урала подтверждает разнообразие техники: в его собрании есть выдувные шары и персонажи, а также монтажные украшения из стекляруса на проволоке, популярные в 1950-е. Последние собирали как стульчик, велосипед, кораблик или фонарик; их геометрия отличалась от мягкой лепной фигуры из ваты. Музейные коллекции показывают, что стеклярусные подвески и ватные фигурки сосуществовали в середине XX века.

По исследованию Радченко, к концу 1960-х расширялся выпуск полимерных украшений, которые отливали в формах быстрее многих стеклянных изделий. Музей Южного Урала отмечает более поздние подставочные фигурки из пластмассы и пенопласта, похожие по функции на ватных Дедов Морозов. В конце 1960-х фабрики уже пробовали полимерные подвески, а затем под ёлкой появились пластмассовые фигуры; эти изменения не были одномоментными.

Полонникова отмечает, что замена серебрения стеклянных игрушек алюминизацией снижала затраты времени и себестоимость. В её исследовании эта перемена сопоставлена с расходами на прессование и ручную доводку ватных изделий. Однако это объяснение относится к рассмотренным ею технологиям и периодам; без сопоставимых калькуляций всех фабрик нельзя утверждать, будто стеклянный предмет всегда обходился дешевле фигурки из ваты. При этом простой шар и детально расписанный персонаж требовали разных трудозатрат даже внутри одной материальной группы.

Исчезли ли ватные игрушки после распространения стекла?

Нет. Самый осторожный вывод из музейных материалов — ватные игрушки утратили прежнюю массовую роль, но продолжали выпускаться и сохранялись в семьях. Железногорская коллекция включает фигурки 1950–1980-х годов; собрание Южного Урала показывает, что позже рядом с ними появились более простые подставочные фигуры из пластмассы и пенопласта. Музей Москвы отдельно отмечает, что импортные пластиковые украшения 1990-х усилили спад ватной игрушки. Следовательно, разговор о её вытеснении только стеклом обрывает историю слишком рано.

В 2010–2020-е годы интерес к технике вернулся уже в другом контексте. Музей Москвы рассказывал о московской мануфактуре «Московская игрушка», где мастера восстановили работу с ватой, клейстером и красками. Выставка «Чудеса на елке. История ватной игрушки» проходила с 17 декабря 2024 года по 19 января 2025 года; она служит источником о технологии и коллекциях, а не актуальной афишей на ноябрь 2026-го. Другая выставка Музея Москвы, в Зеленограде, завершилась 1 марта 2026 года.

Сохранившиеся подставочные фигуры особенно ясно показывают, что смена материала не произошла в один год. Сальникова помещает рядом в подписях к коллекции Л. Блатт ватных Дедов Морозов и Снегурочку 1950–1960-х, пластмассовую Снегурочку 1960–1970-х и пластмассового Деда Мороза с датированной надписью 1967 года. Сопоставление конкретных предметов подтверждает сосуществование типов, но эти сведения не позволяют оценить долю покупок или установить, как долго такие фигурки продавались.

Как по музейному предмету проверить его историю?

Начинать следует с материала, конструкции и документированной датировки, а не с одного знакомого сюжета. Ватная «Парашютистка» московской артели конца 1930-х, описанная Полонниковой, имеет указанные в подписи артель, художницу и состав; у железногорского Деда Мороза известны изготовитель, десятилетие, высота и подставка. Такие сведения позволяют обсуждать технологию и контекст предмета. Обычная семейная игрушка без этикетки может не иметь столь точной биографии.

Для проверки такой вещи полезно разделить три вида сведений. Сначала осмотреть сам предмет: основание, крепление, материал лица и следы росписи. Затем найти сопоставимый экспонат с описанной техникой и датировкой. Наконец, искать доказательство происхождения — фабричную этикетку, коробку, запись о покупке или документ поступления в музей. Первые два шага дают обоснованное сравнение; последний нужен для уверенного имени изготовителя. Такую осторожность диктует сам материал: сходные ватные формы встречались у нескольких мастерских и переходили из десятилетия в десятилетие.

Сохранившиеся игрушки показывают постепенный характер перемен. Проволочный каркас, лицо из папье-маше и прессованная вата показывают разные способы работы мастеров; стеклянные шары сосуществовали с этими фигурками. Музейное описание материала, конструкции и происхождения конкретного предмета помогает проследить смену технологий точнее, чем общая дата его изготовления.

Тему советских ёлочных украшений продолжает новогодняя экскурсия «Путешествие в Рождество». На прогулке через Манежную площадь, Никольскую улицу, Красную площадь и ГУМ бюро обсуждает праздничные традиции и игрушки, о которых мечтали дети СССР. Программа не обещает показа исторических ватных фигурок.

Источники

1. Музей Москвы — Чудеса на елке. История ватной игрушки
2. Музей Москвы — Новогодние игрушки и елочные украшения
3. Президентская библиотека — Елка: сборник Наркомпроса и Комитета по игрушке, 1937
4. Государственный исторический музей Южного Урала — Праздник продолжается… Ёлочные игрушки
5. Музей города Железногорска — Новогодняя игрушка Дед Мороз
6. Аналитический центр Москвы — Фабрика елочных игрушек присоединилась к нацпроекту Производительность труда
7. Д. В. Криволапов — Производство игрушек из ваты, 1937. Электронная библиотека Белинки
8. Наталья Полонникова — Снова на ёлке. К истории ватных ёлочных украшений в России
9. И. А. Неверова — Современная ватная ёлочная игрушка в России: перспективы развития
10. Музейно-выставочный комплекс города Лесного — Новый год на чердаке
11. Владислав Демаков, Государственный исторический музей Южного Урала — Челябинцы встречают Новый год
12. Дарья Радченко — Спутник на ёлке. Неприкосновенный запас, 2023
13. Алла Сальникова — История елочной игрушки, или Как наряжали советскую елку, 2011
14. mos-radius.ru — «Путешествие в Рождество»