Как появился Васильевский спуск: мост, сносы и судьба Москворецкой улицы

Васильевский спуск сформировался поэтапно. В 1930-е годы для нового Большого Москворецкого моста расчистили часть прежней площади у собора Покрова на Рву, Масляного переулка и западной стороны Москворецкой улицы. Однако на архивном снимке 1938 года рядом с действующей переправой ещё стоят дома. Соседнюю застройку перестраивали и позднее, в том числе при возведении гостиницы «Россия» в 1960-е годы.

Эта история требует различать три места: старую Москворецкую улицу, застроенную Васильевскую площадь и кварталы Зарядья восточнее улицы. Если объединить их одним названием, легко получить неверную дату сноса. Сопоставление охранных актов и архивных фотографий позволяет восстановить последовательность перемен и увидеть пределы точности каждого свидетельства.

Что находилось между Красной площадью и рекой до открытого спуска?

До реконструкции это была застроенная часть городского центра, где движение к реке шло по переулкам и узким проездам. Москворецкая улица спускалась от Красной площади к старому мосту, а Зарядье примыкало с юга к Васильевской площади у кремлёвской стены. На опубликованных фотографиях конца XIX — начала XX века вместо нынешней широкой перспективы видны крыши, уличные фасады и тесный подход к переправе.

Историко-культурная экспертиза комплекса Средних торговых рядов уточняет геометрию этого места. Здание, завершённое в 1893 году по проекту Романа Клейна, огибало юго-восточную часть Красной площади, спускалось по рельефу и переходило в застройку Москворецкой улицы. Неровный участок определил сложную форму квартала; южный объём был ниже и слегка повёрнут относительно остального фасада. Для прохожего это означало, что торговый ансамбль не обрывался у собора Покрова на Рву: городская ткань продолжалась по направлению к мосту.

Та же экспертиза перечисляет четыре ряда у Москворецкой улицы: Меловой и Бакалейный, ближе к реке — Мучной и Живорыбный. Такой список отражает устройство района, а не ассортимент одного здания перед сносом. Он помогает понять, почему название Зарядья связано с рядами и почему прежний путь к переправе был частью торговой планировки, а не пустой площадью перед кремлёвской стеной.

Почему старый район нельзя представить одной пустой площадью?

Красная площадь, Васильевская площадь и Зарядье имели разные границы и функции. По очерку Главархива Москвы, этот район лежал в низкой южной части Китай-города; Великая улица шла вдоль реки и продолжала дорогу от кремлёвского Подола. Название «Зарядье» объясняли расположением за торговыми рядами. Следовательно, старые снимки собора Покрова на Рву и моста показывают соседство парадной площади с густой сетью улиц и жилых домов. Позднее эта плотная застройка исчезла из панорамы, хотя исторические названия сохранились.

В 1530-х годах Китайгородская стена отделила Зарядье от реки. В очерке Главархива названы Космодамианские и Спасско-Водяные, или Москворецкие, ворота, через которые шли к воде; фотовыставка показывает поздние Проломные ворота в укреплении и пристроенные к нему со стороны набережной лабазы. Отсюда Великая улица тянулась налево вдоль берега от Живого моста до Устьинского; проезжей дороги вправо у воды не было до конца XVIII века. Такую схему нельзя переносить на нынешнюю открытую перспективу: подход к реке зависел от расположения ворот, а не от новой мостовой оси. Иначе поздний проезд можно ошибочно принять за прежнюю трассу.

После пожара 1812 года Зарядье застраивали вновь; в фотокаталоге среди домов XIX века отмечены недорогие постройки для сдачи внаём с галереями вместо привычных внутренних коридоров. Их не следует переносить на каждый дом у Васильевской площади, но они помогают понять масштаб жилой среды восточнее Москворецкой улицы. Путеводитель Ивана Гурьянова 1827 года, приведённый в «Московском наследии», описывает тесные проезды Зарядья. Его оценка санитарного состояния принадлежит автору XIX века и не заменяет план кварталов; факт для нашей темы — за рядами существовала плотная уличная сеть.

У Средних торговых рядов связь торговли и рельефа зафиксирована особенно подробно. Охранный акт описывает трёхэтажный корпус по периметру неправильного квартала и четыре двухэтажных корпуса внутри участка. Под проездами находились подвалы, а со стороны Москворецкой улицы была проездная арка во внутренний двор. В документе упомянут подземный коридор под её тротуаром и тротуаром Варварки. Таким образом, уличный фасад соседствовал со сложной системой разгрузки и доступа, приспособленной к спуску к реке.

Для сравнения полезен снимок старого моста 1898–1899 годов из архивной коллекции Ивана Егорова. Его подпись сообщает о лабазах, пристроенных к Китайгородской стене со стороны Москворецкой набережной. Снимок не даёт обмера улиц и не позволяет назвать все дома на переднем плане. Он надёжно показывает другое: до расширения подхода к реке линия стены была вовлечена в плотную торговую застройку, а старая переправа соседствовала с этой средой.

Когда это место стали называть Васильевским спуском?

Название нынешней площади нельзя без оговорки переносить на дореволюционный план. В статье «Васильевский спуск», опубликованной в научном журнале «Русская речь» в 1994 году, филолог М. В. Горбаневский писал, что обозначение склона вошло в широкую речь лишь в начале 1990-х. На момент публикации он считал его ещё не зарегистрированным официально. Исследователь выводил топоним из двух ориентиров: народного имени собора Покрова на Рву — собора Василия Блаженного — и дороги вниз к реке вдоль кремлёвской стены.

Для истории сносов эта лингвистическая деталь имеет практическое следствие. Подпись к архивной выставке может употреблять нынешнее название для места, снятого в 1930-е годы, потому что так его узнаёт читатель XXI века. Но старая застройка относилась к Васильевской площади, Москворецкой улице и соседним переулкам. Современный географический ярлык не устанавливает границы старого квартала и сам по себе не датирует его исчезновение.

Где проходил старый Москворецкий мост и почему новая ось изменила площадь?

Старый мост продолжал линию Москворецкой улицы к Балчугу; новый разместили ближе к Кремлю, на направлении к Большой Ордынке. Поэтому строительство затронуло не только саму переправу через Москву-реку. На левом берегу требовалось освободить подход от Красной площади и кремлёвской стены. Архивная фотовыставка «Зарядье, с которым никто не знал, что делать…» сопоставляет старый створ улицы к Балчугу с новыми работами 1936 года.

В акте экспертизы Большого Москворецкого моста проект связан с Генеральным планом реконструкции Москвы 1935 года. Там названы инженер В. С. Кириллов, архитекторы А. В. Щусев и П. М. Сардарьян. Смена оси объясняет, почему по окончании работ Москворецкая улица не просто расширилась: прежний её выход к мосту потерял главную транспортную роль. Для нового движения возник прямой открытый подход от Красной площади; старый уличный створ стал боковым по отношению к переправе.

Как старый мост связывал улицы до перепланировки?

Для этого разбора важен сдвиг направления движения к реке. Охранные документы упоминают переправу уже в конце XV века, но расходятся в определении её раннего устройства: один акт называет мост наплавным, другой оставляет этот вопрос открытым. В 1789 году появился свайный переход из дерева, в 1829-м — сооружение с каменными опорами и пролётами из того же материала. После пожара деревянного моста в 1870 году на прежних опорах в 1872-м установили металлические арки. Менялись материалы и несущая схема, но Москворецкая улица продолжала вести к старому выходу через реку.

Генеральный план 1935 года рассматривал мосты как часть более крупной системы дорог Замоскворечья. В мостовой экспертизе перечислены новые переправы в излучине Москвы-реки и отмечено направление путей к Серпуховской, нынешней Добрынинской площади. Продолжением Большого Москворецкого через Водоотводный канал стал Малый Москворецкий мост, сооружённый в 1937 году. Такая связка объясняет, почему новую переправу нельзя анализировать только от берега до берега: её ось продолжалась за каналом, а со стороны Красной площади требовала свободного подхода.

Книга Е. Симонова, вышедшая вскоре после работ, приводит положение постановления 1935 года: набережные Москвы-реки должны были стать непрерывной городской магистралью с широкими проездами и гранитной отделкой. Тот же автор сообщает, что в 1936 году старую песчаниковую облицовку набережных у Кремля и Китай-города заменили светло-серым гранитом. Это свидетельство эпохи помогает отделить задачи проекта: мост создавал новый переход через реку, а реконструкция берегов меняла движение вдоль неё. Открытый спуск возник на пересечении этих двух направлений; городской пейзаж на снимке 1930-х нельзя считать неизменным фоном для сравнения переправ.

Какие решения архитекторов видны со стороны спуска?

Инженер В. С. Кириллов и архитекторы А. В. Щусев и П. М. Сардарьян разработали железобетонную конструкцию с облицовкой из камня. Охранный документ особо выделяет красный гранит Большого и Малого Москворецких мостов. На береговых устоях предусмотрены лестницы и четыре смотровые площадки; две со стороны Васильевского спуска имеют балконы на ступенчатых консолях. Глухой парапет определяет взгляд на реку с самой конструкции. Поэтому открытое пространство у Кремля стало частью нового визуального устройства подхода к переправе.

В том же акте зафиксирован неосуществлённый вариант украшения моста скульптурами Веры Мухиной. Документ подчёркивает, что фигуры не установили, а нехватку средств приводит лишь как одну из версий. Эта разница между проектом и построенным объектом важна при чтении старых рисунков: изображённая на проекте скульптура не доказывает, что она когда-либо стояла над нынешним спуском. На фотографиях завершённой переправы надо искать фактически возведённые арки, устои, лестницы и парапеты.

Что значит формула «мост на историческом месте»?

Один из охранных актов называет нынешнюю переправу сохранившей «историческое место» у Кремля. Если прочитать эту формулу буквально как совпадение опор, она вступит в противоречие с другим актом: там старый мост помещён ниже по течению, в створе Москворецкой улицы и Балчуга, а новый связан с Васильевским спуском и Большой Ордынкой. Фотокаталог подтверждает различие направлений двух переправ. Значит, в общей исторической справке «место» разумно понимать как участок реки возле Кремля, а для восстановления улиц опираться на более точные ориентиры и изображения.

Что именно разобрали в 1930-е годы?

По охранному акту 2019 года, в 1930-е годы снесли застройку Васильевской площади, Масляного переулка и западной части Москворецкой улицы. Эта формулировка обозначает сторону и группу кварталов, но не даёт поадресной даты каждому дому. Поэтому её нельзя превращать в утверждение, будто все строения вокруг спуска исчезли одновременно с вводом переправы.

Снимок из архива Ивана Егорова, датированный в фотокаталоге 1936 годом, показывает расчистку квартала для нового Большого Москворецкого моста. Городской журнал «Московское наследие» публикует также изображение сноса зданий на Васильевском спуске с датировкой 1932–1934 годы. Эти свидетельства относятся к разным фрагментам работ и разным этапам подготовки пространства. Само наличие фотографии с диапазоном дат не позволяет приписать конкретному дому день разборки без дополнительного адресного плана.

Какой квартал оставался после первого расширения?

Архивный кадр, датированный 1930–1935 годами, особенно ясно разделяет стадии. В подписи отмечено, что Васильевская площадь уже значительно расширена, но квартал между ней и Москворецкой улицей ещё стоит; на его месте позднее пройдёт подход к новому мосту. Интервал даты широк, поэтому по одному кадру нельзя назвать год первого расширения. Зато можно установить порядок: часть площади открыли раньше, чем расчистили участок между площадью и улицей под новую ось.

Другая фотография, опубликованная журналом «Московское наследие», названа снимком сноса зданий на Васильевском спуске 1932–1934 годов. Фотокаталог датирует расчистку квартала для моста 1936 годом. Эти записи не обязательно спорят друг с другом: более ранний снимок относится к уже начавшемуся изменению спуска, а поздний — к строительному участку новой переправы. Ошибка возникает, если называть обе фотографии изображением одного и того же дома или одного события без адресной привязки.

Реконструкция центральных кварталов затронула и Китайгородскую стену. Архивная фотовыставка относит начало её частичной разборки к 1934 году. Статья Главархива Москвы в журнале «Московское наследие» приводит распоряжение от 20 февраля 1952 года о сносе стены вдоль Москворецкой набережной для строительства высотки в Зарядье. Поэтому расчистку подхода к мосту и последующие работы с китайгородскими укреплениями нельзя датировать одним годом.

Слово «западную» в акте 2019 года уточняет затронутую сторону Москворецкой улицы. Восточнее прежней трассы сохранялись кварталы Зарядья. В подписи к снимку 1938 года назван «Маслов переулок», тогда как акт употребляет название «Масляный переулок». Без плана домовладений нельзя по сходству двух топонимов отождествить все показанные на снимке дома с участком, указанным в акте.

Почему 1938 год не равен окончанию всех сносов?

В 1938 году новый мост уже работал, а часть домов у Васильевской площади ещё стояла. Это прямо отмечено в подписи к архивному кадру из собрания Ивана Егорова. Другой снимок того же года показывает разборку старого Москворецкого моста. Следовательно, работающая переправа, остатки старой и часть прежней застройки некоторое время сосуществовали.

Начало движения и завершение расчистки берега — разные события. Один охранный акт называет 12 ноября 1937 года датой открытия Большого Москворецкого моста. Е. Симонов в книге 1938 года связывает ввод переправы с двадцатой годовщиной Октябрьской революции. По этим свидетельствам точный день открытия нельзя назвать без оговорки; фотографии 1938 года подтверждают движение по новому мосту, разборку старого и сохранившиеся рядом дома.

Что подтверждают независимые кадры 1938 года?

Подборка из архива Ивана Егорова показывает смену сооружений, но не удостоверяет день ввода в эксплуатацию. В каталоге Музея Москвы опубликован кадр газеты «Вечерняя Москва» с названием «Движение транспорта по новому Москворецкому мосту» и датой съёмки 1938 год. Его происхождение и сюжет усиливают вывод о действующей новой переправе. Фотография сама по себе не удостоверяет точный день открытия, зато фиксирует использование сооружения до завершения расчистки берега.

В тот же 1938 год архив Егорова относит снимок, где разбирают старый мост. Один кадр фиксирует работу нового сооружения, другой — уход прежнего. На снимке той же выставки, по подписи составителей, ещё остаются дома по Васильевской площади и Маслову переулку. Три разных сюжета дают гораздо более точную последовательность, чем фраза «старый мост снесли, построили новый и открыли спуск». Движение уже шло при незавершённой смене окружающей застройки.

Отдельный вопрос — как читать на снимке 1938 года саму открытую поверхность. Свободное место перед мостом подтверждает, что для магистрали уже прорезали нужный коридор. Оставшиеся дома на соседнем участке не отменяют этого факта, но ограничивают масштаб вывода: пространство для движения появилось раньше, чем завершилось формирование привычной широкой панорамы. В этом и состоит различие между функциональной готовностью дороги и окончательным видом площади.

Что стало с Москворецкой улицей после переноса моста?

Москворецкая улица сохранила направление и название, но утратила роль прямого въезда на старый мост. Каталог датирует 1938–1940 годами снимок, сделанный у прежнего створа этой дороги и Балчуга. Подпись к выставке определяет бывшую трассу как проезд между новым мостом и остатком Зарядья. Такой кадр полезнее общего утверждения об исчезновении: транспортная связь изменилась, тогда как пространство и часть восточной застройки ещё существовали.

Вопрос о Нижних торговых рядах показывает, насколько осторожно следует читать обобщающие справки. Один акт экспертизы относит их снос к 1960-м годам, тогда как публикация Главархива Москвы называет 1930-е. Это различие требует проверки состава комплекса и конкретных корпусов; для истории Васильевского спуска достаточно не смешивать Нижние ряды с домами западной стороны Москворецкой улицы. Один спорный термин не должен подменять хорошо засвидетельствованную последовательность: расчистка подхода к мосту, остаточная застройка после его открытия, затем более поздняя перестройка Зарядья.

Какие проекты меняли Зарядье после моста?

После расчистки подхода к переправе судьба соседнего Зарядья оставалась открытой. Очерк Главархива Москвы сообщает, что в рамках планов 1930-х годов на высоком берегу предлагали построить здание Наркомата тяжёлой промышленности по проекту братьев Александра и Виктора Весниных. В конкурсе 1940 года для второго дома Совета народных комиссаров победили те же архитекторы. Весной 1941 года начались подготовительные работы, прерванные войной. Это объясняет, почему после открытия моста кварталы восточнее Москворецкой улицы ещё не получили устойчивого нового облика.

Послевоенный проект оказался другим по масштабу. В 1947 году среди московских высоток задумали административное здание в Зарядье; по данным Главархива, проектная высота составляла 275 метров. После 1953 года от строительства отказались. Вывод для нашей темы точен: сносы и земляные работы соседнего района продолжались из-за новых государственных проектов, уже не необходимых для функционирования Большого Москворецкого моста.

В 1956 году Совет министров СССР одобрил строительство гостиницы в Зарядье. Опубликованный Главархивом фрагмент постановления называл 2700 номеров и вместимость 4500 человек; это характеристики замысла того времени, а не параметры действующего комплекса на любую позднейшую дату. Здание по проекту Дмитрия Чечулина возводили в 1964–1967 годах, используя основание неосуществлённой высотки. Выставочный кадр 1964 года одновременно показывает начало строительства и оставшиеся дома. Даже на этом этапе старое Зарядье исчезало не сразу.

Город оформил перемену и в документах. По очерку Главархива, решением исполкома Моссовета от 20 февраля 1968 года перестали существовать Елецкий, Максимовский, Зарядьевский, Кривой, Псковский и Мокринский переулки; у ряда сохранившихся строений изменилась нумерация. Удаление этих топонимов с плана в 1968 году не доказывает, что все дома на соответствующих трассах разобрали тогда же. Оно фиксирует конец прежней системы адресов после строительной и планировочной перестройки.

Что сохранили рядом с новыми кварталами?

Поздняя расчистка не означала полного уничтожения всех памятников. В 1964 году исполком Моссовета распорядился освободить охраняемые здания Зарядья от хозяйственных арендаторов и подготовить ремонт и реставрацию. Решение 22 декабря 1967 года требовало научной реставрации памятников в зоне строительства гостиницы. Статья Главархива отдельно рассказывает о палатах Старого Английского двора: к началу работ над «Россией» их первоначальный облик скрывали переделки; 22 декабря 1967 года палаты передали Московской археологической экспедиции, а восстановление шло с 1968 по 1973 год. Это другой тип преобразования, чем расчистка моста: рядом с утратами шла работа по выявлению и сохранению отдельных построек.

Отель закрылся 1 января 2006 года, его разборку начали в марте. Парк «Зарядье» открыли в 2017 году на месте разобранной гостиницы. Он вновь поменял вид восточной стороны спуска, но не вернул старую сетку переулков и дорогу к прежнему мосту. Поэтому фотографию XXI века нельзя использовать как прямой «после» для одного сноса 1936 года: между историческими кадрами и нынешним пространством лежат проекты 1940-х, высотка, гостиница и её демонтаж.

Что сохранилось от исчезнувших улиц под землёй?

Поверхность Зарядья изменилась, но археологи обнаружили следы прежних улиц рядом с Москворецкой. Во время создания парка в 2015 году Институт археологии РАН исследовал раскоп площадью 98 квадратных метров на трассе бывшего Мокринского переулка у Мытного двора. В отчёте указаны до шести метров культурного слоя и фундаменты зданий XVIII–XX веков, заглублённые на два–четыре метра. Это материальное свидетельство плотной застройки восточнее улицы, которую архивные кадры показывают на поверхности.

В том же раскопе под булыжным мощением XVIII века археологи нашли бревенчатый настил XVII столетия, причём сохранились три яруса. Вдоль краёв переулка были обнаружены водоводы из разных материалов: керамики, чугуна и дерева; раньше линию дороги обозначали плетни. На основании слоёв исследователи проследили смену устройства улицы. Такое свидетельство позволяет говорить о длительной жизни конкретной трассы, но не определяет день, когда снесли каждый дом над ней в XX веке.

История археологических работ также совпадает с чередой строек: Институт археологии указывает спасательные исследования Зарядья в 1940–1960-е годы общей площадью более двух тысяч квадратных метров, затем работы 2006–2007 годов и возвращение экспедиции при создании парка. Это не доказательство того, что вся средневековая планировка сохранилась нетронутой. Институт отмечает сильное разрушение верхнего слоя поздними зданиями. Археология дополняет фотографии там, где исчезли уличные фасады, и одновременно напоминает о цене обобщения: находка из Мокринского переулка относится к его трассе, а не автоматически к Васильевской площади.

Как проверить историю спуска по фотографиям без ложной точности?

Сначала нужно установить, откуда снят кадр, и найти устойчивые ориентиры: собор Покрова на Рву, кремлёвскую стену, линию Москвы-реки и старый либо новый мост. Затем следует прочитать датировку именно снимка, а не только соседней фотографии в выставке. В архивном каталоге есть точные годы и широкие интервалы вроде 1938–1940 годов; широкий интервал нельзя превращать в единственный год без новой проверки.

В карточках фотографий 1936 и 1938 годов указан «Архив Ивана Владимировича Егорова», но автор съёмки назван неизвестным. Это важное различие между владельцем коллекции и фотографом. Каталог сообщает год и место съёмки; он не предъявляет читателю авторскую подпись на негативе или акт приёмки здания. Для нашего вывода достаточно того, что на кадрах различимы мосты, дома и направление улицы. Если потребуется точная дата разбора отдельного корпуса, нужно искать план домовладений или строительное дело, а не угадывать её по имени коллекционера.

Важен и характер документа. Охранный акт надёжен для описания предмета охраны, авторов проекта и градостроительного контекста, но его историческая справка может содержать неточную дату соседнего события. Архивная фотография сильна как свидетельство видимого состояния места в момент съёмки, но подпись к ней не раскрывает адрес каждого фасада. Когда два источника расходятся, полезнее сохранить предел вывода, чем сгладить расхождение красивой хронологией.

Почему подпись и охранный акт могут расходиться?

Экспертиза Большого Москворецкого моста подробно перечисляет пролёты, лестницы, площадки, облицовку и авторов; в названии объекта стоит датировка 1937–1938 годы. Историческая справка внутри того же документа относит возведение к 1938–1939 годам. Другой охранный акт называет датой открытия 12 ноября 1937 года, а Е. Симонов в книге 1938 года пишет об открытии в праздничные дни двадцатой годовщины Октябрьской революции. Оба свидетельства указывают на тот же месяц 1937-го, но независимого подтверждения точного числа здесь нет. Интервал 1938–1939 годов нельзя считать началом движения; отражал ли он завершение работ или неточность записи, без строительного календаря определить нельзя.

В акте о Средних торговых рядах мост назван «выстроенным в 1936 г.», тогда как хронология архивной выставки относит к 1936 году снос для его строительства и показывает работающий мост в 1938-м. Поскольку предмет первого акта — комплекс зданий Красной площади, эта строка является частью краткой городской справки, а не отчётом о приёмке переправы. Противопоставить ей дату из музейного кадра можно только с указанием природы обоих источников. Книга Е. Симонова и поздний охранный акт относят открытие к ноябрю 1937 года, а музейная фотография подтверждает движение в 1938-м.

В описании сооружения длина с подходами указана как 554 метра, а в воспроизведённом перечне предмета охраны — 524 метра; ширина в обоих местах составляет 40 метров. Во втором фрагменте названы Боровицкая площадь и улица Серафимовича, тогда как тот же акт связывает переправу с Васильевским спуском и Большой Ордынкой. Это усиливает сомнение в точности строки с 524 метрами. Без исходного чертежа нельзя установить причину расхождения, поэтому длину не используем для объяснения планировки.

Какой след старой планировки виден в нынешнем пространстве?

Главный видимый след — несовпадение логики двух переправ. По архивным кадрам старый мост был продолжением Москворецкой улицы к Балчугу; действующий Большой Москворецкий мост стоит ближе к Кремлю и связан с открытым выходом от Красной площади. На Васильевском спуске виден результат первого этапа расчистки, а на соседнем крае бывшего Зарядья заметны следы последующих переделок XX века.

Итак, мост дал новую ось и потребовал освободить подход в 1930-е годы. Он не завершил разом преобразование всего участка: дома ещё попадали в кадр в 1938 году, а восточная застройка Зарядья сохранялась даже при начале строительства «России». Нынешняя открытая перспектива складывалась поэтапно.

Сопоставить прежнее направление Москворецкой улицы с новой мостовой осью можно на экскурсии по Красной площади «Сердце столицы»: заявленный маршрут проходит по Варварке и Васильевскому спуску.

Источники

1. Акт государственной историко-культурной экспертизы комплекса на Красной площади, 2019
2. Акт государственной историко-культурной экспертизы Большого Москворецкого моста
3. Архивная фотовыставка «Зарядье, с которым никто не знал, что делать...»
4. Советское Зарядье. Снос квартала для строительства нового Большого Москворецкого моста
5. Советское Зарядье. Новый Большой Москворецкий мост
6. Советское Зарядье. Разборка старого Москворецкого моста
7. Советское Зарядье. Москворецкая улица
8. Московское наследие, № 6, 2017
9. Васильевская площадь и квартал перед новым мостом, 1930–1935
10. Старый Москворецкий мост и Китайгородская стена, 1898–1899
11. Движение транспорта по новому Москворецкому мосту, 1938
12. Археологические открытия 2015 года: раскоп у Мокринского переулка
13. Институт археологии РАН: история экспедиций в Зарядье
14. Е. Симонов. Мосты и набережные столицы. Москва, 1938
15. Акт историко-культурной экспертизы, Красная площадь, дом 5/3
16. М. В. Горбаневский. «Васильевский спуск». Русская речь, № 2, 1994
17. Экскурсия «Сердце столицы»: маршрут по Варварке и Васильевскому спуску
18. Русский музей: эскиз Веры Мухиной «Земля» для Большого Москворецкого моста