В поэме «Прометей» Скрябина записана партия света, однако московская премьера 1911 года прошла без неё. Световой круг Александра Мозера служил для домашних проб, а на нью-йоркском концерте 1915 года работала другая установка. Нотная запись, музейный предмет и концертная техника относятся к разным этапам истории светомузыки Скрябина.
Печатная партитура 1911 года задавала моменты смены цвета, но не содержала подробной сценической инструкции. Авторские пометы 1913 года сохранились на отдельном экземпляре; хроника музея и архив Карнеги-холла фиксируют исполнения. Эти источники помогают различить написанное композитором и показанное публике.
Лист рукописной партитуры «Прометея» Александра Скрябина, 1909–1910 годы. Wikimedia Commons, Рукопись Прометея.jpg, автор: Скрябин, Александр Николаевич (1872-1915), лицензия: Public domain источник
Что Скрябин написал для света в «Прометее»?
В партитуре «Прометея» есть отдельная строка Luce — «свет». Она записана нотами, но предназначена для управления цветом, а не для звучащего инструмента. Так композитор задавал момент световой перемены относительно музыки. Бостонский симфонический оркестр в описании произведения подтверждает состав и указывает, что Скрябин завершил поэму в 1910 году.
У партии света два разных темпа. Один голос меняется сравнительно быстро, вслед за гармоническим движением музыки. Второй удерживает оттенок на более длинном участке произведения. Музыковед Анна Гавбой и художник света Джастин Таунсенд показали на материале партитуры, что первый соотносится с гармонией, а второй помогает различать крупные разделы. Строка Luce задаёт собственный ритм перемен, который не совпадает с каждой новой нотой оркестра.
Издание партитуры 1911 года содержало нотную строку света, но не объясняло подробно, как перевести её в цвет и устроить эффекты в зале. В 1913 году композитор сделал рукописные пометы на одном из печатных экземпляров: уточнил соответствия оттенков, изменение яркости и сценические приёмы. Исследователи называют его парижской партитурой; о его поступлении в Национальную библиотеку Франции в 1978 году сообщают и музыковедческая статья, и Йельский университет. Пометы 1913 года появились уже после московской премьеры и не были инструкцией её исполнителям.
О цветовой системе Скрябина знали и до рукописных дополнений. За два месяца до московской премьеры Леонид Сабанеев опубликовал в журнале «Музыка» пересказ его соответствий между тонами и цветами. Гавбой и Таунсенд сопоставили этот текст с авторской таблицей 1913 года: различия касаются в основном оттенков. Значит, музыканты 1911 года могли узнать основные соответствия, но детальные указания по яркости и эффектам из парижского экземпляра тогда ещё не существовали. Это различие помогает оценивать первые исполнения без приписывания им позднего варианта партитуры.
Почему ноты не означают звучащую клавиатуру
Итальянское выражение tastiera per luce легко принять за обозначение звучащей клавиатуры. Исследование Ольги Колгановой, опубликованное в журнале «Наука телевидения», относит устройство Скрябина и Мозера к светоцветовым инструментам: его задача заключалась в распространении цвета в пространстве, а конструкция не производила звука. Музыка и свет были двумя координируемыми партиями. Нотный стан отмечал момент включения цвета и длительность сигнала.
Скрябин работал над «Прометеем» приблизительно с 1908 года и закончил сочинение летом 1910-го: музейная хроника связывает окончание работы с пребыванием композитора в Архангельском, имении Лидии Марк. Его замысел «Мистерии» был гораздо шире: он предполагал соединение нескольких чувств и искусств. «Прометей» ограничивал эксперимент зрением и слухом; такое различие проводят Гавбой и Таунсенд. Упоминание «Мистерии» объясняет масштаб художественных желаний композитора, но не разрешает приписывать конкретной партитуре не записанные в ней действия.
Александр Скрябин за роялем. Рисунок Леонида Пастернака, 1909 год. Wikimedia Commons, Scriabin at the piano 1909.jpg, автор: Leonid Pasternak, лицензия: Public domain источник
Как цвет связан с гармонией
В быстрой линии Luce написанный тон указывает, по анализу Гавбой и Таунсенда, на опору очередного «мистического» созвучия. Скрябин перемещал это шестизвучие на разные высоты; вместе с такой переменой менялся и цветовой знак. Это не простая таблица вида «каждая сыгранная скрипкой нота зажигает свою лампу». Даже когда оркестровые голоса двигаются, свет может удерживать один цвет, пока авторское обозначение гармонической опоры остаётся тем же.
Исследователи приводят наглядный пример из первых тактов. До двенадцатого такта в медленном голосе продолжается один звук, а в быстром звучит ля: две линии обозначают разные уровни музыкального времени. На участке 13–21 верхняя строка последовательно обращается к ми-бемолю, до, ля и фа-диезу, тогда как нижняя удерживает ту же высоту. Два темпа света действуют одновременно в одном эпизоде партитуры.
Скрябин соотносил двенадцать гармонических опор с кругом квинт и цветами, однако передавать всю систему привычной радугой неточно. В анализе Гавбой и Таунсенда до связано с красным, а фа-диез — с тёмным сине-фиолетовым; для некоторых других точек круга в авторских описаниях появляются переходные и даже «металлические» оттенки. В первом печатном издании 1911 года полной таблицы соответствий не было. Она сохранилась в рукописных пояснениях Скрябина 1913 года; опубликованные ранее пересказы его окружения близки к ней, но не во всём совпадают. Разницу видно на ля-бемоле: у Сабанеева он назван пурпурно-фиолетовым, а в таблице 1913 года — лиловым с красноватым оттенком. Для исполнителя это небольшое, но проверяемое расхождение: выбор источника влияет на тон освещения.
Рояль в московском доме-музее А. Н. Скрябина. Фотография 2014 года. Wikimedia Commons, Scriabin's piano in his house.jpg, автор: Mealisland, лицензия: CC BY-SA 4.0 источник, лицензия
В 1975 году Ирина Ванечкина и Булат Галеев составили собственную схему сопоставления тональностей и цветов. Гавбой и Таунсенд отмечают, что её нередко печатают рядом с партитурой без указания авторов. Схему 1975 года нельзя выдавать за композиторскую таблицу.
В парижском экземпляре Скрябин добавлял не только названия цветов. Гавбой и Таунсенд выделяют пометы о яркости и качестве освещения: в начале поэмы композитор хотел полумрака, позже — усиления света, а в отдельных эпизодах отмечал вспышки и сложные формы. Эти слова описывают художественный результат, но не дают инструкции, какой провод, лампу или экран установить. Партитура и устройство светового аппарата остаются разными видами документа: одно фиксирует задуманную последовательность, другое показывает конкретную доступную технологию.
Когда свет обнаруживает скрытую смену гармонии
В тактах 72–78 Гавбой и Таунсенд сопоставили два «мистических» созвучия, построенных от фа-диеза и до. У них совпадают четыре из шести звуковых классов; левая рука пианиста в этом месте играет именно общие звуки. На слух смена гармонии может показаться почти неподвижной. Между тем быстрая линия Luce переключается между фа-диезом и до: при цветовых соответствиях Скрябина это переход от тёмного сине-фиолетового к красному. Свет обозначает границу между гармониями даже там, где бас и совпадающие тоны её не подчёркивают.
Созвучия от фа-диеза и до имеют четыре общих звука, хотя их основные тоны занимают противоположные точки круга квинт. Цветовая запись делает смену гармонии заметнее, чем партия фортепиано. Как именно выглядело освещение при домашней пробе с аппаратом Мозера, источники не показывают. Сохранившийся круг и партитура не заменяют описания самого опыта.
Почему московская премьера прошла без света?
По свидетельству Леонида Сабанеева, от световой партии на московской премьере отказались из-за технических трудностей; конкретная неисправность в доступном свидетельстве не названа. Первое публичное исполнение «Прометея» состоялось в Москве 2 марта 1911 года по старому стилю, 15 марта по новому. Дирижировал Сергей Кусевицкий, фортепианную партию сыграл сам Скрябин. Музейная хроника прямо отмечает: концерт прошёл без световой партии. Там же указано, что и петербургское первое исполнение 9/22 марта было без света. Поэтому дата сочинения, дата премьеры и время публичного показа цветовых эффектов не совпадают.
Что могло помешать сценическому исполнению
Московскую премьеру готовили для большого состава. Бостонский симфонический оркестр отмечает, что Сергей Кусевицкий собирал оркестр с расширенной медной и ударной группами, фортепиано и хором; для финального колокольного звучания он даже заказал особый инструмент. Подготовка музыкальной части была масштабной. Световая строка, однако, требовала отдельной системы, которая должна была быть видимой в зале и достаточно быстрой для партитуры. Наличие аппарата для домашней пробы не решало автоматически задачу освещения большого концертного пространства.
Скрябин за роялем и Кусевицкий за пультом на московской премьере «Прометея» 2 марта 1911 года. Пастель Леонида Пастернака; дата создания рисунка не установлена. Wikimedia Commons, Scriabin and Koussevitzky in 1911.jpg, автор: Leonid Pasternack, лицензия: Public domain источник
Нельзя механически перенести на 1911 год известные ограничения каждого последующего прибора. Гавбой и Таунсенд объясняют физическую трудность ранней электрической технологии: нить лампы накаливания не гаснет мгновенно, потому что после отключения тока она постепенно остывает. В одном из быстрых эпизодов световая партия потребовала бы смен при темпе 184 четверти в минуту. Медленное угасание размывало бы границы таких вспышек. Это технический анализ возможностей эпохи, а не найденный акт о конкретной неисправности московского прибора.
Домашний опыт и большой зал предъявляли к освещению разные требования. В комнате можно различить включённые приборы и отражения от стен, тогда как концертный зал с большим оркестром требует света, различимого на значительном расстоянии. При увеличении силы ламп появляются новые вопросы: где поставить оборудование, как скрыть источник, на какую поверхность направить цвет и как сохранить синхронность с дирижёром. Сохранившиеся свидетельства подтверждают общую сложность, но не дают полного чертежа московской сцены 1911 года. Поэтому точнее говорить о несовпадении масштаба домашнего опыта и публичной постановки, чем реконструировать несуществующий в нашем распоряжении технический протокол.
Для чего служил световой круг Мозера?
Инженер Александр Эдуардович Мозер сделал для Скрябина цветосветовой аппарат, который музей называет «световым кругом». Описание экспозиции музея прямо определяет его назначение: исполнение «Прометея» в домашних условиях. Гавбой и Таунсенд датируют работу над световой клавиатурой приблизительно 1910 годом и показывают, что композитор рассчитывал на более сильное воздействие света, чем мог дать ранний прибор.
Как действовали двенадцать ламп
Ольга Колганова описывает аппарат Скрябина и Мозера по музейному изображению и исследовательским материалам: на деревянном круге располагались двенадцать ламп, семь радужных цветов и пять переходных оттенков; кнопочная панель имела двенадцать клавиш. Нажатие кнопки включало нужный источник освещения. Такая конструкция объясняет, почему слово «клавиатура» относится к способу управления, хотя прибор не издавал музыкального тона. Но отдельное включение цвета ещё не создаёт непрерывного изменения яркости, молний или движущихся образов.
Световой аппарат Скрябина и Мозера в московском музее Скрябина: лампы на деревянном круге и цветная шкала. Фотография 2014 года. Wikimedia Commons, Scriabin's experimental equipment.jpg, автор: Mealisland, лицензия: CC BY-SA 4.0 источник, лицензия
В исследовании Колгановой световая клавиатура отнесена к пространственным, а не к экранным устройствам. Свет мог отражаться от стен и потолка, заполняя комнату; для этого необязательно было ставить полотно за музыкантами. Мемуарное свидетельство Леонида Сабанеева, приведённое исследовательницей, сообщает о намерении скрыть источники и получить рассеянное свечение от потолочных рефлекторов. Это воспоминание очевидца о поиске решения, а не фотографический отчёт о каждом окончательно установленном элементе. Оно помогает понять, почему круг Мозера не следует представлять маленькой моделью нью-йоркского проектора: принципы размещения света различались.
Домашние пробы световой партии существовали до публичной премьеры. Гавбой в исследовании американской истории цветомузыки специально оговаривает частное испытание устройства Мозера перед 1911 годом. Участникам такой пробы было проще сравнить включённые цвета с нотной строкой, чем зрителю в большом зале, но о её точном сценарии и реакции всех присутствующих нельзя судить по одному упоминанию. Важно установленное различие: частный эксперимент не означает, что на московской премьере применили тот же аппарат.
Время создания прибора и место его первых испытаний тоже требуют аккуратности. Гавбой и Таунсенд датируют сотрудничество Скрябина с Мозером приблизительно 1910 годом, а официальный музей пишет, что композитор поселился в квартире Большого Николопесковского переулка лишь в 1912-м. Поэтому нельзя утверждать, будто первоначальный аппарат непременно собирали именно в комнатах нынешнего мемориального музея. Сохранившийся предмет связан с тем опытом; нынешний адрес обозначает место его хранения, а не обязательно место ранних испытаний.
Мемориальная доска сообщает, что Александр Николаевич Скрябин жил в этом доме в 1912-1915 годах. Wikimedia Commons, Scriabin Museum 3.jpg, автор: Stolbovsky, лицензия: CC BY-SA 3.0 источник, лицензия
Что известно о нью-йоркском исполнении со светом в 1915 году?
Публичное исполнение со светом документировано в Нью-Йорке в 1915 году. Архив Карнеги-холла указывает исполнение «Прометея» Русским симфоническим обществом Нью-Йорка 20 марта 1915 года. Исследование Гавбой и Таунсенда ссылается на специальную работу Джеймса Бейкера об этой световой премьере с той же датой. Дирижировал Модест Альтшулер; на этот раз применили проекционную машину, созданную в Electrical Testing Laboratories, и свет попадал на полотнища позади оркестра. Это не был домашний круг Мозера.
В хронологии московского музея для первого нью-йоркского исполнения со световыми эффектами приведена другая дата — 1/14 апреля 1915 года. Её нельзя незаметно совместить с записью Карнеги-холла от 20 марта: расхождение остаётся. Для конкретного концерта в этом зале мы принимаем дату его архива, подтверждённую музыковедческой публикацией, а музейную дату сохраняем как противоречащее свидетельство. Такое уточнение не меняет главного: световая публичная версия появилась после московской премьеры, и Скрябин не мог показать её московским слушателям в марте 1911 года.
Нью-йоркская установка тоже не была буквальным осуществлением всех пожеланий композитора. Исследователи описывают вращающуюся систему ламп с проекцией на ткань за оркестром: цвет оставался в сравнительно ограниченной области сцены. Поздние авторские пометы в партитуре требовали изменения яркости и более сложных эффектов. Поэтому правильнее говорить о публичном исполнении со светом, а не о полном техническом воплощении каждого указания Скрябина.
Был ли Нью-Йорк первым публичным опытом?
Утверждение об «абсолютно первом» показе «Прометея» требует оговорки. Анна Гавбой в исследовании американской истории цветомузыки приводит ссылку на воспоминания Леонида Сабанеева: по этому мемуарному свидетельству, Василий Сафонов дирижировал публичным исполнением со светом в Москве ещё в 1912 году. Музейная хроника не выделяет этот эпизод как отдельную световую премьеру, а точной даты и программы вечера из публикации не узнать. Для Нью-Йорка, напротив, есть карточка конкретного концерта Карнеги-холла и современная исследовательская работа о его аппаратуре. Поэтому 20 марта 1915 года — надёжная дата именно нью-йоркского показа, но не бесспорное доказательство мирового первенства.
Василий Сафонов на фотопортрете 1898 года. Wikimedia Commons, Safonov Vasily 1898.jpg, автор: unidentified pre-revolutionary russian Photograf (1898), лицензия: Public domain источник
Различаются и сами признаки «исполнения со светом». Частная проба с аппаратом Мозера, о которой сообщает Гавбой, означает проверку цветов в кругу участников; мемуарное известие о концерте Сафонова относится к публичному выступлению, но не сопровождается здесь описанием установки; нью-йоркский архив фиксирует событие в большом зале. Складывать эти эпизоды в одну короткую фразу «первое исполнение со светом» опасно: она прячет разницу между домашней демонстрацией, сообщением из воспоминаний и документированным сценическим показом.
Как устроили свет в Карнеги-холле
Нью-йоркская установка решала ту же художественную задачу другими средствами. Гавбой описывает пульт с фортепианной клавиатурой и педалями, который управлял цветом и интенсивностью. Лампы накаливания мощностью от 100 до 400 ватт разместили на ленте, способной поворачиваться на 180 градусов; вращение обеспечивал небольшой мотор. Цветное стекло корректировало желтизну их свечения. Эти детали делают различие с кругом Мозера измеримым: там — двенадцать отдельных ламп и кнопки, здесь — мощная проекция с подвижным механизмом и регулировкой.
Свет направляли вверх, на несколько слоёв полупрозрачной ткани позади оркестра. Передние слои позволяли видеть эффект на дальних полотнищах и одновременно разделяли пятна, чтобы они не гасили друг друга наложением. Фактически зритель наблюдал оформленную светом часть сцены, а не весь зал, погружённый в цвет. Это объясняет, почему даже новая машина не могла буквально выполнить желание композитора охватить всё пространство вокруг публики. Она расширила технический масштаб, но сохранила предел экранной проекции.
Анна Гавбой пишет, что аппарат проектировала Electrical Testing Laboratories, а специальное оборудование предоставляла General Electric Company. Участие лаборатории, связанной с именем Эдисона, не означает, что Томас Эдисон лично сконструировал устройство или присутствовал при исполнении. В газетной подаче техническая марка легко превращается в историю об одном знаменитом изобретателе; в исследовании названы организации и функции техники. Для рассказа о «Прометее» это важно, поскольку свет создавали исполнители и инженеры конкретного концерта, а не музейный аппарат Скрябина.
Что сказали современники
Реакция на нью-йоркское исполнение не была единой. Гавбой сопоставляет музыкальную критику и технические публикации 1915 года: часть критиков считала перемену цветов отвлекающей от музыки и не находила связи между видимым и слышимым; авторы технических журналов, напротив, подробно обсуждали устройство и отмечали саму возможность синхронизировать свет со звучанием. Это свидетельства разных профессиональных взглядов на один концерт. Они не доказывают ни художественную неудачу замысла Скрябина, ни его безусловный успех: зрители видели конкретную постановку 1915 года, которая не исчерпывала партитуру.
Дирижёр Модест Альтшулер, согласно исследованию Гавбой, исполнил поэму в тот вечер дважды. Повторение позволяло слушателям ещё раз сопоставить музыку и цвет, но и оно не превращало проекцию в точную реализацию всех поздних авторских помет.
Модест Альтшулер с дирижёрской палочкой перед нотами. Фотография 1911 года. Wikimedia Commons, Modest Altschuler, Russian symphony orchestra conductor (SAYRE 226).jpg, автор: Unknown authorUnknown author, лицензия: Public domain источник
Почему световая партия меняет понимание музыки?
Партия Luce делает видимыми некоторые связи, которые на слух неочевидны. Быстрая линия помогает проследить смену гармонических опор, а медленная выделяет крупные этапы поэмы. Это интерпретация, обоснованная анализом партитуры Гавбой и Таунсенда, а не утверждение, что любой современный световой спектакль автоматически передаёт первоначальный замысел. Постановщик может выбрать и собственный язык; для исторического сравнения нужно знать, следует ли постановка нотам и пометам Скрябина.
Что показывает медленная линия света
Быстрый голос Luce помогает отследить гармоническое движение, а медленный — устройство целого произведения. Гавбой и Таунсенд насчитывают в нём семь крупных цветовых этапов. Последовательность начинается с фа-диеза, который в их разборе соответствует тёмному сине-фиолетовому, проходит через красный центр и возвращается к исходной области в конце. Медленная линия охватывает длительные отрезки, внутри которых оркестр и рояль развивают музыкальный материал.
Это видно при возвращении главной темы. В начале её излагают валторны; исследователи отмечают её появление у центрального красного этапа и затем вступление хора около 467-го такта, когда медленная линия возвращается к сине-фиолетовой области. Из такой сопоставленной записи можно понять, почему одна и та же тема воспринимается в трёх разных масштабах: как оркестровый зачин, как срединный поворот и как завершение с участием голосов. Такая конкретность позволяет проверить толкование, не полагаясь на общую фразу о «магии цвета».
Гавбой и Таунсенд отмечают ещё одну связь в партитуре «Прометея»: фортепианная фигура почти за сорок тактов предвосхищает начало центрального красного этапа. Позднее повторяются музыкальная фигура и цвет. В постановке Йельского симфонического оркестра 2010 года оба фрагмента получили одинаковое изменение яркости света. Такой сценический выбор делает связь заметной, но не сообщает, как выглядели исполнения при жизни композитора.
Александр Скрябин. Фотопортрет 1914 года. Wikimedia Commons, Scriabin frontal photo 1914.jpg, автор: Unknown authorUnknown author, лицензия: Public domain источник
Интерпретация этих этапов у Гавбой и Таунсенда связана с символическими представлениями Скрябина: сине-фиолетовый они соотносят с духовным началом, красный — с материальным. В качестве опоры исследователи используют свидетельства Сабанеева и беседу композитора с психологом Чарльзом Майерсом. Это реконструкция художественной программы, а не измерение эмоциональной реакции каждого слушателя. Даже если не принимать философскую систему Скрябина, партитура сохраняет наблюдаемую структуру: большие смены медленного света совпадают с важными возвращениями музыкального материала.
Почему слово «синестезия» требует осторожности
Разговор о цветном слухе Скрябина часто смешивает личные ассоциации, художественное построение и медицинскую синестезию. Гавбой и Таунсенд показывают, что Леонид Сабанеев описывал систему, часть которой композитор вывел сознательно: исходными были несколько ясно различаемых цветов, а остальные он распределял по аналогии между близостью тональностей и близостью оттенков. Современное значение синестезии — непроизвольное устойчивое восприятие — не тождественно широкому употреблению этого слова в начале XX века. На основании одной цветовой таблицы нельзя поставить композитору неврологический диагноз.
Может ли современная постановка восстановить замысел полностью?
Йельский симфонический оркестр 13 февраля 2010 года исполнил «Прометея», опираясь на опубликованную световую строку и авторские пометы парижского экземпляра. Дирижировал Тосиюки Симада, за роялем был Даниэль Шлоссберг. Гавбой и Таунсенд разделили два уровня света в пространстве зала: медленные изменения освещали потолок и колонны, а более быстрые показывала отдельная установка позади оркестра. Её двенадцать трубок располагались лучами, напоминая круг Мозера; для большей выразительности постановщики включали их как единое цветовое поле.
На концерте 2010 года медленные изменения задавали заранее подготовленные команды светового пульта, а быстрые переключения исполнял музыкант на MIDI-клавиатуре среди оркестрантов. Размещение и работа установки были решением постановщиков; они не воспроизводят устройство сцены 1911 года.
Новые источники света позволяют точнее выдержать быстрый ритм, чем лампы накаливания начала XX века, но точность синхронизации не решает всех вопросов. Авторские пометы 1913 года описывают не только оттенки, но и характер освещения, переходы, формы и вспышки. Даже хорошо подготовленное представление выбирает конкретный способ их показать. Оценить исторический облик постановки помогают три вопроса: какую версию партитуры взяли, кто исполняет её сигналы и какие эффекты добавили постановщики.
Интерьер Вулси-холла Йельского университета: зрительские ряды, балконы и сцена с органом. Снимок 2010 года. Wikimedia Commons, Woolsey Hall interior.jpg, автор: Pascal Walschots, лицензия: CC BY 2.0 источник, лицензия
Рукописные пояснения 1913 года показывают, почему исполнение световой партии нельзя оценивать только по точности выбора оттенка. В разборе Гавбой и Таунсенда пометы Скрябина относятся также к яркости, характеру освещения, зрительным образам и сценическому действию. Уже в первом такте композитор просил таинственный полумрак, в тактах 24–25 отмечал ослабление света, а в тактах 592–593 — нарастание до ослепительного белого. Такие указания не являются записью того, что зрители увидели в Москве в 1911 году: Скрябин добавил их после премьеры. Они показывают, насколько шире был его поздний замысел по сравнению с двенадцатью переключаемыми цветами домашнего круга.
Что сохраняет музей Скрябина?
Музей Скрябина сохраняет сам световой круг Мозера в контексте мемориальной квартиры, рукописей, программ и прижизненных изданий. Музейная публикация об искусстве и науке показывает аппарат как часть истории музыкального эксперимента; описание экспозиции уточняет его домашнее назначение. Так становится ясно, почему этот предмет нельзя смешивать с более поздними концертными установками.
Как квартира стала свидетельством эксперимента
Мемориальный адрес помогает проследить судьбу предмета после жизни композитора. По истории музея, с 1912 по 1915 год Скрябин снимал второй этаж дома филолога Александра Грушки в Большом Николопесковском переулке, 11. После смерти композитора Грушка взял на себя расходы по сохранению квартиры; в 1918 году Татьяне Шлёцер выдали охранную грамоту на её обстановку. Для посетителей музей открылся 17 июля 1922 года. Это отдельная цепочка документов и решений, благодаря которой домашняя вещь не осталась лишь упоминанием в воспоминаниях.
Экспозиция расширялась постепенно. Первоначально посетителям показывали кабинет, столовую и спальню; в 1924 году открыли комнату с рукописями, перепиской, афишами и программами. Описание музея относит к её предметам рояль Becker и световой круг Мозера. Такое соседство важно: аппарат воспринимался рядом с нотами и документами, а не как самостоятельный аттракцион. При этом музейная карточка подтверждает наличие и назначение предмета, но не позволяет по одному только описанию восстановить каждый режим его работы в 1910-е годы.
Андрей Хотеев в московском Мемориальном музее А. Н. Скрябина под портретом композитора. Снимок 2005 года. Wikimedia Commons, Andrej Hoteev in Scriabin Museum, Moscow 2005.jpg, автор: Alexander25, лицензия: CC BY-SA 3.0 источник, лицензия
Почему АНС — другая история
Музейная история светомузыкальных поисков продолжилась после 1915 года, однако разные приборы нельзя объединять одним названием. В конце 1940-х годов дочь композитора Мария Скрябина разрабатывала идею световой симфонии и сотрудничала с инженером Евгением Мурзиным. В 1957 году он запатентовал фотоэлектронный синтезатор АНС, названный по инициалам Александра Николаевича; в 1966-м при музее открылась Экспериментальная студия электронной музыки. АНС создавал звук с помощью оптического принципа. Световой круг Мозера, напротив, был устройством для показа цвета при уже звучащей музыке.
Дом-музей Скрябина входит в маршрут «Арбатские тайны» от Арбатских ворот до Смоленской площади. Прогулка позволяет увидеть адрес, где хранится световой круг Мозера; вход в экспозицию в программе не заявлен. Другие культурные маршруты собраны на странице индивидуальных экскурсий по Москве бюро.
Источники
- Музей Скрябина: основные даты жизни и творчества
- Музей Скрябина: экспозиция
- Музей Скрябина: искусство и наука о Скрябине
- Anna Gawboy, Justin Townsend: Scriabin and the Possible
- Carnegie Hall: Prometheus, Poem of Fire, Op. 60
- Boston Symphony Orchestra: Prometheus, Poem of Fire
- Yale News: Scriabin’s Prometheus To Be Performed at Yale in Living Color
- Ольга Колганова: Классификация отечественных светозвуковых инструментов первой трети XX века
- Анна Гавбой: Scriabin’s color music in America
- Музей Скрябина: история музея
- Yale News: Watch online: «Poem of Fire» performance at Woolsey
- Бюро «Радиус»: маршрут «Арбатские тайны»
- Карнеги-холл: концерт Русского симфонического общества 20 марта 1915 года
- Бюро «Радиус»: индивидуальные экскурсии по Москве

У нас была экскурсия для детей (12 лет) по Таганке. отличная программа. Прошли много, было много информации. Узнали о Дряной улице, обсудили Владимирский тракт, монастыри и храмы вокруг, старообрядчество. Теперь мы знаем, где родился Коровин, родился и рос Станиславский, где жили маленькие купцы Морозовы и почему Арсений Морозов был эпатажным человеком своего времени. Обсудили и Солженицына, узнали где должен был быть Сталинский проспект, посмотрели на бункер , дошли до представительства Афонского монастыря в России и узнали почему кинотеатр иллюзион прославил Таганку. Конечно, не обошлось и без Высоцкого и Любимова. Коснулись и немного таганской тюрьмы, но к ней мы не пошли естественно. В общем очень насыщено и информативно! Экскурсовод Александр был великолепен!
Благодарим гида Александра за великолепную обзорную экскурсию. Любовь к Москве и её истории, всесторонняя эрудиция, лёгкая изящная подача материала и обаяние Александра делают экскурсию не просто интересной и познавательной, а восхитительной! Спасибо Вам, Александр! Татьяна и Татьяна, С-Петербург
18 июля участвовали в групповой экскурсии «Душа Москвы», которую провел Александр. Китай-город и окрестности открылись нам с новой стороны, всем участникам очень понравилось. Часть начала усиленно изучать материалы по теме для расширения кругозора. Мы к вам вернемся, ну и всем рекомендуем! Не пожалеете.
Добрый день, 23 июня у нас была экскурсия, «Душа Москвы«, провел её Александр.
Очень приятный молодой человек, мы побывали с ним в таких милых двориках, переулочках, о существовании которых даже не подозревали, столько много узнали нового,
Очень понравилось нам всё, надеемся продолжить наше знакомство.
Александр! Благодарим Вас! Нам было очень интересно с вами, мы получили огромное удовольствие. До встречи!!!
Не первый раз хожу с ,,Радиусом,,. В этот свой приезд в Москву пошла по московскому метро) Задача была не только в том, чтобы полюбоваться подземными дворцами, но и освоить навигацию в метро. Как житель региона, где нет метро, я немного побаивалась и не понимала, как ориентироваться в метро. Конечно ,,интернет в помощь,, , но гораздо лучше живое общение. С этой задачей прекрасно справилась экскурсовод Юлия. Информация доступная, интересная, подача информации спокойна, стиль общения очень дружелюбный. Спасибо большое за экскурсию и практический опыт)))
Добрый день! Сделала подарок гостям столицы экскурсию «Душа Москвы». Слушали экскурсовода Антона взахлеб. Это было так познавательно и увлекательно, очень тепло. Сказать, что мы остались в полном восторге не сказать ничего. Очень семейная получилась прогулка. Столько интересных фактов мы узнали. Профессиональная подача материала, ответы на все вопросы, много увидели. Просто ВАУ эффект! Спасибо большое Антону, лучший!!!!! Теперь только к вам, команда Радиуса. Искренне рекомендую. Обещаю, что скоро увидимся снова на других экскурсиях.
Экскурсия в целом оставила положительное впечатление! Спасибо Александру за прогулку по дворам и атмосферным местам Китай-города, сами мы бы точно так не прошли. Экскурсия прошла комфортно, экскурсовод рассказывал уверенно и спокойно.
Из того, чего лично нам не хватило: хотелось бы больше именно исторической части, связанной с древней Москвой и историей Китай-города. Было довольно много рассказов про советский период и барную жизнь, но для нашей компании это оказалось не очень актуально. Кажется, что программу можно чуть больше адаптировать под возраст и интересы группы.
Также было бы интересно добавить больше исторических фактов, памятников, деталей про старую Москву и сам район. При этом экскурсия всё равно была интересной, и некоторые места и храмы действительно запомнились. Скорее не «минусы», а пожелания для ещё более насыщенной программы.
Здравствуйте!
У нас была корпоративная группа на 10 человек. Гид — Антон, экскурсия по Булгакову. Отмечу отличную организацию, все прошло четко. Менеджеры подстраивались под наши изменения по количеству участников. Автобус очень комфортный. Антон — супервовлеченный и мотивированный экскурсовод.
Живет этой историей и с огромным удовольствием делится знаниями и формирует впечатление.
Все прошло хорошо. Рекомендую!
Благодарю за интересную экскурсию! Дала много пищи для поиска нового!!!
Примечание: отзыв на экскурсию «Замоскворечье» с гидом Марией
Хочу выразить слова благодарности от нашей команды! Спасибо, что удалось остаться в таймингах при нашей несобранности))) Коллеги отметили вашу подготовку к экскурсии! Было информативно)))
Примечание: отзыв на экскурсию «Современные ЖК, заводское прошлое и авангард» по территории ЖК ЗИЛАРТ с гидом Марией. Мария подготовила и провела экскурсию по индивидуальному запросу для сотрудников девелоперской компании ГК «Самолет»
Вам спасибо! У Вас большой талант. Успехов! ☺️ Вы прекрасный экскурсовод! Ещё раз спасибо!
Примечание: отзыв на корпоративную экскурсию «Сердце столицы» с гидом Марией
Спасибо за чудесный день сегодня!!))
Примечание: отзыв на экскурсию «Душа Москвы» с гидом Марией
Позвольте от всей семьи вас поблагодарить за очень познавательную и интересную прогулку!
Примечание: отзыв на экскурсию «Дворцовые подземелья» с гидом Марией
Добрый день!
Хотела бы выразить благодарность от себя и своего руководителя за организацию экскурсии! Мы остались довольны
В октябре хотели бы повторить, только уже по другому маршруту — ЗИЛ.
Примечание: Речь про экскурсию для девелоперов ГК «Самолет», которую провела гид Мария.
Спасибо Александру за барную экскурсию по Бауманке! Весело, задорно и столько новых мест открыли для себя! Круто! Новых вершин!
Добрый день!
Был на экскурсии по Сухаревской площади — дошли до Цветного Бульвара, вообще не ожидал что это будет так интересно!
Тем кто сомневается идти или не идти — идите, реально стало одним их классных летних воспоминаний!!!
Анастасия, доброе утро!
Благодарю вас с Машей за вчерашний день!
Спикеры довольны. Часто сбоила связи в наушниках, особенно на КП, но такая сейчас у нас жизненная ситуация. Было слышно если стоят вплотную, не дальше 1,5 метров. Коллеги уже интересовались вашими контактами. С удовольствием поделюсь и буду рада новой возможности поработать с вами. Директору отдельное спасибо за Бюро
Примечание: экскурсия «Сердце столицы» для участников Московского онкологического форума 2025. Гиды — Анастасия и Мария
Выражаем благодарность за поведение экскурсии Антону и Александру!
Очень интересно было слушать, как развивался район Красной Пресни, как повлияла фигура Прохорова на развитие нашего города. Приятное погружение в тихий до этого неизученный район!
Добрый день, большое спасибо Анастасии, экскурсия «Дядя Гиляй» просто огонь. Хотя мы москвичи и много знаем о Москве, но впечатления были потрясающими, много нового и интересного, обязательно еще раз к вам обратимся.
Спасибо за экскурсии «Сердце Москвы» и «Хамовники«. Водил меня Антон, знающий и любящий Москву человек. Хороший рассказчик, умный, начитанный, умеющий увлечь. Вы открыли для меня мою Москву!!!! Обязательно вернусь следующим летом и погуляю с Вами по Москве. Буду рекомендовать Вашу замечательную экскурсионно-прогулочную программу всем своим друзьям!
Экскурсии с бюро путешествий «Радиус» всегда положительные эмоции для вас, если вы выбрали именно это бюро В свой очередной приезд запланировали экскурсию по Замоскворечью. С гидом Антоном мы встречаемся не впервые. Однозначно рекомендуем всем знакомым. Экскурсия познавательная, не перегружена датами, информация объемная, но воспринимается легко, потому как преподносится не как в учебнике по историисухо и академично, а в легкой повествовательной манере. Спасибо за такой подход. Еще не раз обратимся в бюро «Радиус» в свой очередной приезд в Москву.
Огромное спасибо за экскурсию по Замоскворечью. Несмотря на погоду, было очень интересно и познавательно!
Примечание: речь об экскурсии с гидом Антоном
Огромное спасибо Анастасии.
Была шикарная экскурсия по району Патрики.
Много нового узнали. Анастасия мастер своего дела. Экскурсия была захватывающая, ни на грамм не скучная, живая и интересная. Все остались довольны. Полны новых впечатлений. Однозначно рекомендую. Останетесь довольны!
Изучали вместе с близкими и Радиусом Душу Москвы в мой День Рождения. Все получили огромное удовольствие от прогулки! Антон рассказал очень много интересных фактов о столице и ее истории, завел нас в такие душевные дебри, о которых не подозревал никто из присутствующих. Хотя были среди нас в основном те, кто либо с рождения, либо уже очень долго живет в Москве и много гуляет по ней. Вышло познавательно, душевно и незабываемо 🙂
В целом я не первый раз гуляла с Антоном по Москве и каждый раз — настоящее приключение!